Новый конкурс на тему Родина. Смотрите положение

Всемирный союз деятелей

искусства

 

 

 

Свой мир построй. Сам стань творцом. 

А нет - останешься рабом

                                                    (З.Рапова)

Современная литература.  Галерея Златы Раповой
18 января 2012
Память Анюйской тундры.
 

 

 Память Анюйской тундры.
Редактировать


Память Анюйской тундры.

  Сухову Сергею - охотоведу, другу однокашнику посвящаю.

 
Лет так девятнадцать назад, человек имеющий профессию охотоведа отпуском за три года мог распорядиться своеобразно. Большинство магаданцев в отпуск стараются уйти летом, понежится на южных пляжах, поесть свежих фруктов, позагорать и вкусить других прелестей отпускной жизни. Охотоведы часто поступают по иному-идут в отпуск в октябре и вопреки логике большинства едут на Север, в поисках романтики, лишений, экстрима и прочих прелестей жизни в зимней тайге.
Так поступил и я, свой первый Колымский отпуск решил провести нестандартно - побывать на Большом Анюе, одной из рек, которая по праву считалась охотничьим Эльдорадо на Чукотке, где, по словам однокашников, лоси ходят как коровы в загоне, а соболя в капкан лезут даже на окурок. Как оказалось, в поселке Анюйск, расположенном невдалеке от побережья Северного Ледовитого океана жили и работали два моих однокашника Володя и Сергей. Мы учились на одном курсе факультета охотоведения Иркутского сельскохозяйственного института, поэтому все трое ждали предстоящую встречу. В последнем телефонном разговоре перед отлетом в Билибино я спросил у Володи:
-Послушай, дружище, ведь лоси у вас там почти привязанные. Стоит ли брать с собой мой старый добрый СКС*? Ведь приходится тащить с собой кучу всякого снаряжения и капканов
-Конечно, бери, чувствую, что он очень вам пригодится. Скучать ему не придется,-ответил Володя.
Числа 10 октября я вылетел в Билибино, по счастливой случайности оказалось, что Володя по делам был здесь же и через пару дней мы с ним в одном вертолете летели в Анюйск. По сравнении с Магаданом в Билибино и Анюйске уже была настоящая зима.В иллюминаторе проплывали заснеженные бескрайние Чукотские просторы, встреча с которыми волновала в предвкушении открытия новых мест, новых охотничьих впечатлений. При посадке вертолет,как всегда поднял вихри снежной пыли. 
Мы выгрузили привезенные с собой вещи и карабин. Буквально сразу же подъехал снегоход с нартами .Управлял им Серега, с которым судьба свела еще в 1979 году .На голове у него красовался чукотский малахай, что добавляло ему особого местного колорита. Невысокий, жилистый, крепкий с немного раскосыми темными глазами, он с прищуром посмотрел на меня, приветливо улыбнулся и произнес:
- И куда это тебя принесло? Нормальные люди в Анюйскую тундру в отпуск не ездят.
-Ну а ты чего здесь делаешь? – ответил я приветливо улыбающемуся другу. - Ты же ведь к той же категории относишься.
Тот не торопясь, слез с “Бурана” и мы обнялись как закадычные друзья. Встрече были рады все трое и в тот же вечер за рюмкой чая очень хорошо посидели. Нам было что вспомнить. Как оказалось, Володя до последнего момента не говорил, кто будет моим напарником на время отпуска. Сюрприз был более чем приятен, ведь не часто выпадает возможность испытать себя на бескрайних просторах Анюйской тундры в компании однокашника.
Сборы заняли дня четыре, в итоге собрав все необходимое, числа двадцатого октября на двух снегоходах “Буран” мы покинули поселок. Благополучно добрались до первой ночевки на нашем маршруте. Нас приютили охотники, базирующиеся в старом поселке Пятистенное, это километрах в шестидесяти от Анюйска. В разговорах с ними проскакивала озабоченность тем, что лосей в этом году до неприличия мало.
-Сухов, если в твоем хваленом лосином зоопарке на Большом Анюе будет то же самое, съем без гарнира, - пошутил я утром, при заправке и прогреве снегоходов.
-Да все будет нормально. Стрельнем мясо обязательно, - ответил друг, но как-то неуверенно и с озабоченностью.
Вся прелесть нашего пребывания на тундре была в том, что жить нам придется не в зимовьях, а в зимних палатках. Они имели второй байковый слой и были, установлены на каркас из лиственничных жердей. Нам предстояло дойти до первой палатки, расконсервировать ее и только после того, как из печки пойдет синеватый дымок, она становилась жилищем, защищающим нас от злых морозов и пург. 
Мы свернули с русла Малого Анюя на небольшую речку Камешковая, через которую лежал путь к нашим палаткам. Двигаясь вдоль Анюя и по Камешковой, я не видел ни одного свежего лосиного следа. Когда в нужном месте мы вышли с реки на тундру, во время привала я задал другу еще один вопрос:
- Серега, где лоси? Да и соболиных следов очень мало.
-Да ладно ты не беспокойся. На Большом Анюе еще не было случая, чтобы, пройдя по нему километров десять – пятнадцать не брали лося, - ответил мне друг.
-Ну, тогда по коням. Сколько еще до первой палатки?- спросил я, в готовности завести снегоход.
-Да уже рядом, километров двадцать, - ответил напарник и завел свой. 
К палатке подъехали засветло, но времени оставалось немного-в высоких широтах в пять часов вечера уже сумерки, и, не расслабляясь, мы расконсервировали палатку, разложили спальные принадлежности на нарах, затопили печь, успели разгрузить нарты.
Палатка была небольшой, справа от входа стояла печка по бокам нары, между ними столик. Тесновато, но зато топить легче. Здесь нам предстояло прожить дня три, расставить капканы и двигаться ко второй, стоящей километрах в пятнадцати от Большого Анюя на берегу большого таежного озера.Обследование окрестностей показало, что с соболем почти никак, с лосями и оленями совсем никак. Друг переживал по этому поводу, хотя и пытался это скрывать. Его тоже не радовала такая ситуация. Выдернул друга на охоту, а здесь зоопарк, а пустыня.
-Серега, не переживай. Все равно найдем мы своего ишака на этой тундре,-подбадривал меня друг ,перед выездом на вторую палатку. Беглый взгляд в пути не добавлял оптимизма - мы встретили только три или четыре старых лосиных следа.
По приезду на новое место, все повторилось в том же порядке. Во время ужина, который состоял из вермишели с тушенкой, Сухов сказал:
-Давай завтра на одном “Буране “ проскочим на Анюй. Мяса хочется, - коротко сформулировал он задачу и желание одновременно.
-Не поверишь, не окажусь от грудинки, - поддержал я его в этом начинании.
Ранним утром, перекрестившись, двинулись на Анюй с конкретной задачей—найти, и взять лося. И как нельзя, кстати, в этом случае будет мой СКС. Сергей имел гладкоствольное оружие-полуавтомат МЦ-21-12. Я мог стрелять раз в восемь дальше, чем он. Лось в этом случае синоним мяса, без которого в этих условиях ой как грустно. Жестоко, но неизбежно. Не очень интересно жить в тундре при жестких физических нагрузках в ста пятидесяти километрах от поселка на вермишели и лепешках. В активе у нас оставалось четыре банки тушенки на двоих.
 Утро встретило морозом градусов в двадцать пять. Сергей вел снегоход, я сидел в нартах, развернувшись спиной к движению, иначе очень просто обморозить лицо, ведь оно не защищено ветровым стеклом. Да и дышать выхлопными газами снегохода не совсем приятно. Полные решимости двинулись в путь. Пятнадцать километров до Анюя прошли без приключений. Бросилось в глаза обилие волчьих следов, у берегов реки в двух местах видел настоящие волчьи тропы.
Свежих лосиных следов не наблюдали, но с надеждой направились вверх по реке. Километр за километром мы обследовали речные острова, протоки в надежде найти свежий след. Пройдя километров тридцать, мы остановились для привала. Я вылез из нарт и подошел к Сергею. Тот продолжал сидеть на сиденье и доставал термос с чаем.
-Послушай, совсем мне это не нравится. Не помню такого, чтобы на Анюе на таком расстоянии не добыть мяса. Только в одном месте мы нашли след лося, который пришел из поймы на остров, покормился в прибрежных тальниках и вернулся назад. Не помню такого года, - расстроенно сказал напарник.
Я полностью разделял его опасения, но не стал огорчать еще сильнее.

-Что дальше будем делать? - спросил я Сергея, после затянувшейся паузы.
Он сидел и покуривал, пытаясь казаться спокойным.
- Сейчас возвращаемся назад, спускаемся вниз до зимовья нашего соседа по имени Михаил. Поговорим с ним, может быть чего интересного узнаем ,-определил друг.
Я вернулся в нарту, и опять нас ждала монотонная и нелегкая снегоходная дорога.
Михаил очень обрадовался нашей встрече, по таежному обычаю пригасил в домик и напоил горячим чаем.
-С лосями вообще швах, соболя почти нет. Я здесь третью неделю загораю, рыба и тушенка уже обрыдли, но мяса добыть не могу даже в гон. Некого гонять. Волки пошаливают. Вчера загнали бедную мою собаченцию в тамбур. Еще немного и порвали бы как грелку, - поделился он своими новостями.
-Ну, с соболем почти понятно. Вы в прошлом году взяли свое на циклическом пике численности .После этого следует непременная депрессия, что мы сейчас и видим. Верно, тезка? - обратился я к другу.
Тот угрюмо сопел и попивал ароматный чай, с добавками листа дикой смородины.
- А куда ваши хваленые ишаки девались? Колитесь аборигены,- обратился я к мужикам.
-Сам ничего понять не могу. Только могу предположить, что сместились они от реки. Ведь волчьих следов больше чем лосиных. Вот только куда, да и нам от этого не легче, - задумчиво произнес Миша.
-А вообще,на границе наших путиков* видел вчера свежие следы лосихи с лосенком. Гнать не было смысла, было почти темно. Давайте завтра вы с карабином попробуете их взять, - предложил Миша.
Мы с другом переглянулись, и Сергей ответил:
-Спасибо за наводку. Я знаю, где это – и не далеко и удобно погонять. Завтра на вечерней кормежке поищем мы эту парочку. Если берем – магарыч с нас. А то ты ведь уже по мяску соскучился, - ответил он соседу.
Выпив еще по кружечке чая, мы с другом вернулись к себе на палатку. Перед сном решили так - завтра с утра занимаемся заготовкой дров, профилактикой снегоходов. Работы на таежной палатке всегда с избытком, а часа в четыре дня начинаем поиски.
Как и задумывали, попив чайку в урочный час, тепло одетые и полные решимости мы стояли возле снегохода. Ну, очень свеженького мясца хотелось!! Сергей прогревал двигатель снегохода, зарядил свой МЦ пулевыми патронами. Я в ствол вставил трассирующий патрон, набил полный магазин .чередуя трассера и обычные патроны.
-Ну что, с Богом, - сказал Сергей давая, мне знак занять свое место в нартах.
Нам везло, день выдался ясным и безветренным, небо безоблачным. Все благоприятствовало охоте. Сергей включил передачу, нарты дернулись послушные воле снегохода и мы отправились на охоту. Сейчас многое зависело от Сергея - я сидел спиной и мог смотреть только назад. Все что происходило впереди, должен отслеживать напарник. Пересекли наше озеро, выехали на Серегин путик, который все равно пришлось бы пробивать, и полные надежды продолжили движение. Могу предположить, что Сергей превратился в зрение, высматривая лосей и следя за дорогой. Въехать в пень или корягу совсем не входило в наши планы. Привычно рычал снегоход, двигались ровно без рывков. Появилось смутное предчувствие, что именно сейчас произойдет нечто неожиданное и до боли желанное.
Резко взревел мотор снегохода, мы начали двигаться намного быстрее. Я попытался обернуться насколько смог, глотая дым от выхлопа. Мне показалось, что на совершенно открытом месте стоят лоси. Сердце учащенно забилось, предвкушая новые впечатления. Сергей продолжал вести снегоход на той же скорости, те две точки которые я принял за лосей, находились на месте и увеличивались в размерах.
- Точно лоси!!!- пронеслось в сознании. - Вы даже представить себе не можете, как мы ждали этой встречи.
Я по-прежнему мог следить за ними только вполоборота, но уже стало ясно - я не ошибся. Они продолжали стоять на открытом месте, что очень облегчало охоту. Сергей не доехал до них метров двести пятьдесят, остановился и заглушил двигатель.
Я выкатился из нарты и огляделся. Прямо перед нами стояли лосиха с лосенком-первогодком.
-Ну что, возьмешь на таком расстоянии?- озабоченно спросил напарник. - Если подъезжать ближе пойдут ходом, а в бег стрелять сложнее.
В голосе друга слышались озабоченность и надежда. Лоси продолжали стоять как в тире. Про себя подумал:
-Если сейчас промажу, Сухов меня самого этой же ночью съест без гарнира. А если серьезно от моей стрельбы сейчас зависит очень многое. Мясо нужно не только здесь, но и в поселке. А я еще думал брать с собой карабин или нет. Так что выручай, СКС-ка. Буду стрелять с руки.
Это не самый простой выстрел на таком расстоянии. Я проверил прицел, он стоял на “Постоянке”*. Вскинул, карабин, задержал дыхание и тщательно прицелился в переднюю лопатку лосихи. Совсем не хотелось забирать лосенка, у него оставался шанс выжить, даже в случае гибели матери. Сердце бешено колотилось, я почувствовал, как по лбу покатилась капелька пота. У меня не было права на промах-с этой мыслью я мягко нажал на спуск, выпуская пулю на поиск цели. Она пошла, показывая себя линейкой трассера и приближаясь к цели. Я видел, что пуля идет точно в цель, но ушла в сторону, зацепив веточку березки, буквально рядом с лосихой. Она только повела головой после того, как увидела огненную муху, пролетевшую от нее в нескольких сантиметрах. Стало понятно, что целился правильно. Я вновь задержал дыхание, прицелился и сделал еще один выстрел. Этот патрон был не трассирующим, но мне показалось, что лосиха дернулась, словно в нее попала пуля. Я успел сделать еще пару выстрелов, после чего лосиха сорвалась с места. Вслед за ней побежал и лосенок.
Пока я разворачивался, чтобы вернуться и упасть в нарты Серега уже завел снегоход. Только я упал в нарты он резко взял с места. Началось преследование. Я загонял патроны в магазин, в голове обжигающим огнем горела мысль:
-Неужели промазал? У меня не было на это права.
Сергей на максимально возможной скорости двигался вдоль небольшого языка из зарослей карликовой березки, который разделял два участка чистой тундры. Боковым зрением я видел двух бегущих по чистине лосей.
-Неужели промазал? –продолжали терзать меня сомнения. Хотя мне показалось, что на боку лосихи начало появляться кровавое пятно.
Так продолжалось не более десяти минут. В этот момент раздался хруст, снегоход остановился и Сергей заглушил двигатель
-Твою мать, нашли пень на свою голову. Похоже, что сломали коренной лист рессоры. Ехать дальше не можем,-с досадой и резко произнес друг.
Я скатился с нарт и сразу же начал искать взглядом лосей. По иронии судьбы или на наше счастье они стояли прямо напротив нас, не далее как метрах в ста.
Над лосихой поднималось облако пара, по всей передней левой лопатке расползлось большое кровавое пятно. Лосенок стоял рядом, метрах в десяти.
-Похоже, ты хорошо отстрелялся, - довольно сказал друг. - Иди и добери, а я попробую наложить сломанные половинки рессоры, чтобы доехать до палатки.
Стало ясно, что лосиха уже не сможет никуда уйти. Любую попытку сделать я погасил бы пулей. Направляясь к лосям, был уверен, что мне не нужна жизнь лосенка. Я просто хотел дать ему шанс выжить. Поспешая, но с трудом, преодолевал высокие кочки, которые мешали подходу к отделяющим меня от чистого места зарослям карликовой березки. Наконец преодолел их, и меня от лосей отделяли не более пятидесяти метров. Они стояли на прежних местах, наблюдая за мной. Нужно было прекращать муки раненого животного, я поднял карабин и выстрелил в голову. Лосиха упала, как подкошенная.
-Ну, вот мы и с мясом, - подумалось мне. 
Внутри кто-то ослабил напряжение двух последних часов, и я продолжал приближаться к упавшей лосихе, внимательно наблюдая за лосенком .Он стоял на том же месте и мне нужно было заставить его уйти ,как можно дальше .Я выстрелил в ближайшее от него дерева .в надежде испугать .Он стоял как вкопанный, даже после двух выстрелов ему под ноги. 
-Уйди по доброму, мне не нужна твоя жизнь. Еще раз прошу, уйди, - говорил я, пытаясь гнать его от себя длинной и тонкой жердью, оказавшейся рядом. Я находился от него метрах в пяти и толкал его жердиной в бочину,* одновременно направляя на него карабин. Лосенок угрюмо смотрел на меня, но после еще одного выстрела в воздух и толчка в бок жердиной нехотя ушел в сторону ближайших зарослей ольховника и скрылся в них.
-Ну, вот и хорошо, - с облегчением подумал, я, оборачиваясь к поверженной лосихе.
Та лежала без движения, я толкнул ее в бок жердиной, но мне показалось, что дернулась одна из задних ног. Зная массу случаев когда, раненый лось встает в самый неподходящий момент я не стал испытывать судьбу и не пожалел еще одного патрона, пуля которого вошла за ухо. Я не знал, сколько времени прошло с того момента, когда мы остановились, сломав рессору. Но точно знал, что светлого времени осталось не много и поэтому к разделке трофея нужно приступать немедленно. Подойдя к туше, положил карабин справа от себя, достал нож и начал производить все необходимые в этом случае манипуляции. Я уже заканчивал эту неприятную, но необходимую процедуру, наблюдая как на землю толчками из разрезов на горле, вытекала кровь. В этот момент за спиной раздался выстрел. Мне показалось, что волчья шапка-ушанка покинула мою голову и повисла над ней. Первым движением я потянулся за карабином, одновременно начал вставать и разворачиваться, изготавливаясь к возможной стрельбе. Вероятно, голова развернулась раньше корпуса и увиденная картинка, не смотря на прошедшие годы, застыла в памяти навечно.
Метрах в десяти от меня в кочках лежал Сергей, лихорадочно рвущий затвор заклинившей “МЦешки”. Метрах в трех от него стоял лосенок. Уши прижаты, центр тяжести тела уже перемещен на задние ноги. Очевидно, за свою короткую жизнь он уже успел усвоить науку лосиного удара. Лось, как правило, бьет, пытаясь ударить передними копытами сверху. Что он сейчас и пытался сделать. Удар копыт сеголетка мог привести к серьезным травмам в лучшем случае, о худшем думать было некогда. Выбор у меня был один из одного - успеть всадить пулю в него, прежде чем он обрушит удар своих копыт на Сергея. В голове молнией пронеслось:
-Только бы патрон был в патроннике и подранка делать нельзя
Сергей не видел ничего-он просто на время потерял контроль над собой, и продолжал рвать неподатливый затвор. Тело с готовым к выстрелу карабином догнало торопливую голову, мушка нашла основание черепа, и я молил Бога только об одном, чтобы он позволил мне успеть выстрелить до рокового прыжка лосенка. На доли секунды пуля опередила его. Он упал, завалившись назад. Некоторое время я наблюдал незабываемую картинку: напарник, продолжал рвать затвор и метрах в трех от него бился в агонии лосенок, стараясь достать его копытами. Я понял, что друг не слышал моего выстрела, он по прежнему продолжал рвать затвор. Не выпуская из вида лосенка, я двинулся к другу. Он не слышал, как я подошел и отреагировал только на то, что я сильно похлопал его по плечу. Тезка перестал рвать затвор, глянул вначале сквозь меня, затем взгляд стал более осмысленным. Лосенок лежал тихо, только изредка подергиваясь в последней агонии.
-Сухов, а ты чего такой бледный? - нарочито громко спросил я у друга.
Он глянул на меня как-то по-особому, я не могу описать этот взгляд. После небольшой паузы он ответил:
-А ты на себя посмотри.
Вероятно, цветом лица мы мало отличались друг от друга. Сергей, наконец, поднялся, забросил ружье за спину. Сразу же закурил, жадно затягиваясь. Дрожащие пальцы мешали ему курить. Он глянул на лежащего лосенка, на меня ,на свое ружье и только сейчас смог подробно рассказать о случившемся. Говорил медленно, прерывая фразы частыми затяжками
-Я быстро сложил рессору, поставил на место и сам не могу понять, почему пошел к тебе пешком, а не поехал сразу же на “Буране”. Я слышал твою стрельбу, понял, что мы уже с мясом, только не знал, сколько зверей нам нужно успеть разделать до темноты. Слава Богу, прихватил с собой ствол. Уже почти подошел к тебе, как слева услышал треск кустов ольховника и увидел бегущего на меня лосенка. Я опешил от этого зрелища и решил пресечь эту наглость одним выстрелом. Спокойно прицелился и за долю секунды до нажатия на спуск поскользнулся и начал падать навзничь. Пуля ушла выше, но звук выстрела на мгновение задержал его. После того как я упал, словно выключился. Я не слышал твоего выстрела, в себя пришел, когда ты мне по плечу стучал. Если бы не ты, хреновато мне бы пришлось.
Я выслушал монолог друга и коротко ответил:
-Да ладно, главное успел. Подгоняй “Буран”. У нас с тобой появилась дополнительная работа. Вместо одного клиента, появилось два. Сейчас придется быстро работать в два ножа, - предложил я другу.
Только сейчас он смог извлечь патрон из заклинившего ружья и направился за снегоходом. Я в его отсутствие пустил кровь возмутителю спокойствия.
Подъехал Сергей, он немного успокоился и пришел в себя, осмотрел лосиху. Мои пули попали туда, куда целился. Мне удалось попасть три раза.
- Поздравляю с неплохой стрельбой, даже представить не могу, как все обернулось, если бы ты промахнулся.Пришлось бы строить полку для зубов,- сказал напарник, пытаясь улыбнуться.
 Работу начали с разделки лосихи, быстро в два ножа сняли шкуру. Морозец к вечеру начал крепчать,слегка подгоняя нас. С ней успели управиться по светлу, лосенка разделывали уже при свете снегоходной фары. При разделке обнаружил, что две пули порвали левое легкое. Стало понятно поведение лосихи. После ранения она побежала, что способствовало быстрому внутреннему кровотечению. Сил у нее хватило с такой раной пробежать не более пары километров. Серега больше молчал и беспрерывно курил. Осознание миновавшей нас опасности приходило и ко мне, но Сергею она угрожала больше чем мне. Разделку в свете фар закончили, когда ночь вступила в свои права, и только лучик света от фары нашего снегохода говорил о том, что люди отважились прийти сюда в поисках добычи и приключений.
-Ну что, дружище, сейчас берем печенку, сердце, грудинку, мякоти и сегодня еще успеем заварить свеженинки. Уж больно хочется. Тем более у нас еще два аварийных пузыря остались. Примем по стопочке за удачу, да и расслабимся немного, - предложил я другу.
-Не помешает. Только сначала давай мясо в снег прикопаем, от греха подальше. Видел сколько волчьих следов у реки,- ответил напарник.
Прикопали снегом мясо, которое не забирали сразу же, погрузили, что смогли и по своему следу двинулись к палатке. Езда ночью имеет свои прелести. Глядя на сочные и яркие звезды, находясь в темноте и в полной зависимости от техники и воли Бога, ощущаешь себя микроскопической частичкой мироздания. Без приключений добрались до палатки, разгрузились. Я вошел внутрь, зажег керосиновую лампу, которая давала нам свет, подбросил дров в печурку. Следом за мной вернулся друг, снял верхнюю теплую одежду, разулся и уселся на нарах. Его не отпускал стресс, он продолжал беспрерывно курить и молчал.
-Сухов, я сейчас приготовлю свеженинки. Жаль только лук сухой, но есть другие специи и все будет вкусно. По стопочке примем, и все пройдет, - пытался я разговорить друга, промывая нарезанные крупными кусками сердце, печень, грудинку и куски вырезки.
Все это уложил в ведерко, залил водой, чтобы скрылось мясо, и поставил на печурку, открыв кружок на ней. Тепло не должно расходоваться зря. Вскоре варево закипело, я снял пену и добавил сушеный лук соль, перец лавровый лист и еще что-то из того, что возил Сергей. Вскоре палатку разрывало от ароматов, но мы с другом стоически держались не менее часа, давая блюду стать восхитительным. Друг на время прилег и задремал. Я достал бутылку водки из-под нар, налил в кружки граммов по сто пятьдесят, разлил по тарелкам благоухающую похлебку из свежины и разбудил друга.
-Серега, прошу к столу!!
Тот проснулся, присел на нарах, поглядывая на накрытый таежный стол.

-Скажи чего – нибудь, - попросил я друга.

Он внимательно, с прищуром глянул на меня, выдержал паузу и поднял кружку.

-Дай Бог, чтобы мы всегда успевали, - наконец сказал он.

Я понял глубину тоста, молча поднял свою кружку. Наши кружки, встретились, издав грубый металлический звук. Ему было далеко до изысканного звона хрустальных фужеров, но сейчас этот грубый звук был нам дороже всего. Водка разносила по телу приятное тепло, грела и расслабляла после передряг дня сегодняшнего. Мы молча сидели, наслаждаясь чудным вкусом похлебки из лосиной свежатинки. 

-Хороша похлебочка, давай еще по единой,- нарушил я молчание.

Сухов не возражал, сам налил водки в те же кружки и поднял свою.
-Давай за нас тобой. Мы по-моему заслужили сегодня этот тост, -предложил Сергей.
Тот же грубый металлический звук раздался в палатке. Выпили, молча закусили грудинкой. Часто молчание бывает важнее слов. Не зря говорят, что это золото.
Напряжение дня стало покидать, сытный ужин и водка подрасслабили и потянуло на сон. Я с наслаждением растянулся на оленьем кукуле, лежащем на моих нарах. Сергей еще немного посидел в раздумьях, убавил лампу и прилег на нары. Этой ночью он спал плохо, раза четыре за ночь просыпался и подолгу курил.
Я тоже просыпался в эти моменты и в один из них спросил:
-Серега, чего не спится?
-Не поверишь, только усну и вижу перед глазами лосиные копыта, готовые меня ударить.
-Да ладно тебе, все уже прошло,- попытался успокоить я друга.
На следующее утро встали рано, позавтракали настоявшейся похлебкой и сразу же на двух снегоходах поехали за мясом. Нам очень повезло, что мы все сделали правильно, и тщательно присыпали снегом мясо. Проходившая километрах в четырех волчья стая не учуяла запаха крови от оставленного мяса и прошла мимо.
Впереди еще был месяц жизни на Анюйской тундре….

PS . Через пару дней к нам приехал Михаил. Мы свое слово сдержали. Он уехал от нас с передней лосиной лопаткой.

14.10.11






Просмотров :1379
Автор: Малашко Сергей
Зоя Завадовская

Сергей, я так понимаю, рассказ случайно два раза вышел? 

Рассказ написан здорово, но мне, как женщине, не понять мужскую охотничью натуру. С одной стороны - спасти друга от смерти, с другой - лосенок, на глазах которого только что убили мать... Нет, не понимаю...

Малашко Сергей

Зоя,благодарю за отзыв.Глянул на страничку и понял,что надо учиться считать до одного.Теперь как  убрать один файлов?  В данном случае мне важна оценка  написания работы. Ведь содержание действительно спорно.Но увы,такова жизнь, жизнь и смерть всегда идут рядом.

Кузьмина Людмила

Казалось бы, не моя тема охоты, но постоянно читаю прозу Вашу охотничью прозу, Сергей. И этот рассказ – не исключение. Постепенно, от несколько затянутого описания приготовления поездки растет напряжение, я вдруг чувствую, что заражаюсь азартом охоты, мне передается напряженность драматургии, история с лосенком вообще вызывает сложную гамму чувств. С одной стороны, удовлетворение в том, что напарник избежал смертельной опасности. Но еще больше тронула готовность лосенка «отомстить» за убитую мать-лосиху. Ведь жизнь лосенка была вне опасности, он мог скрыться от охотников, но пошел на них в атаку. Это вызывает сочувствие к зверю. И если убрать лосенка из повествования, то рассказ во многом потеряет свой интерес. Лосёнок - это как раз сильная сторона рассказа.

оценка: 5
Малашко Сергей

Людмила,благодарю Вас за подробный анализ работы.Вы смогли увидеть в ней не только жесткость,но и понять и оценить нелегки таежный труд.С благодарностью Сергей

Олег Ручинский

Автор награждается Грамотой. Конкурс месяца.



Добавить отзыв

Доступно только для зарегистрированных пользователей.